Архив

Нейросети как фактор цифровой трансформации традиционных ценностно-смысловых пространств

Сергей Володенков

Ссылка для цитирования: Володенков С.В. Нейросети как фактор цифровой трансформации традиционных ценностно-смысловых пространств // Меди@льманах. 2025. № 4 (129). С. 66−72. DOI: 10.30547/mediaalmanah.4.2025.6672



УДК 004.032.26+004.855: 316.4
DOI: 10.30547/mediaalmanah.4.2025.6672
EDN: GITXMD

© Володенков Сергей Владимирович
доктор политических наук, профессор кафедры государственной политики факультета политологии МГУ имени М.В. Ломоносова (г. Москва, Россия), s.v.cyber@gmail.com

Ключевые слова: нейросетевые алгоритмы, ценностно-смысловые системы, коллективное сознание, синтетические идеологии, цифровые симулякры.

В статье анализируются социально-политические последствия системной интеграции алгоритмов самообучающихся нейросетей в процессы современного информационного взаимодействия; уделяется внимание выявлению рисков, связанных с влиянием данных технологий на традиционные ценностно-смысловые модели и системы коллективного сознания; обосновывается тезис о том, что цифровая трансформация выступает катализатором глубинных изменений в структуре мировоззренческих установок, что создает угрозу целостности традиционных ценностно-смысловых и мировоззренческих пространств.

 

Цифровизация общественно-политических процессов на сегодняшний день сопровождается активным внедрением самообучающихся нейросетевых алгоритмов (Neural Network Algorithms, NNA) искусственного интеллекта (ИИ) в практику массовых коммуникаций. Как отмечают многие исследователи, подобные технологии обладают беспрецедентным потенциалом для модификации индивидуального и коллективного сознания. Алгоритмы искусственного интеллекта, используемые в медиа, социальных сетях и политическом дискурсе, формируют новые паттерны информационно-коммуникационного влияния. Это приводит к двум ключевым эффектам: эрозии традиционных ценностных ориентиров и усилению конфликта между глобальными цифровыми платформами и локальными культурными и смысловыми кодами. Особое внимание обращают на себя механизмы нейросетевой обработки данных, которые, адаптируясь к поведенческим реакциям пользователей, способны целенаправленно модифицировать общественные установки, в результате чего возникают риски цифровой капсуляции сознания через алгоритмическую персонализацию контента, а также формируется потенциал искусственного интеллекта как инструмента гегемонии в мировоззренческом пространстве. Однако научное сообщество лишь начинает формулировать ключевые проблемы, связанные с потенциалами и особенностями влияния нейросетевых алгоритмов на сознание человека, что обусловлено как скоростью технологических изменений, так и сложностью прогнозирования долгосрочных эффектов.

 

Проблемное поле исследования

Ключевой вызов внедрения нейросетевых алгоритмов в коммуникационную практику мы видим в переосмыслении взаимодействия человека с нейросетевыми системами в контексте трансформации существующих и формирования новых цифровых ценностно-смысловых, идеологических и мировоззренческих ландшафтов. Современные коммуникационные механики, основанные на автономной деятельности алгоритмических агентов, создают принципиально новые паттерны информационного обмена. Эти процессы стирают границы между «естественным» (органическим) и «искусственным» (синтетическим) в социальных взаимодействиях, формируют гибридные формы коммуникации, где решения принимаются не только людьми, но и алгоритмами, а также порождают разрывы между традиционными ценностными системами и динамично меняющимися цифровыми нормами. Интенсивная алгоритмизация ключевых сфер социума создает прецедент подмены антропоцентричных коммуникативных моделей машинно-оптимизированными паттернами, обусловливает появление автономных информационных экосистем. Кроме того, современные исследования (Guryanova, Smotrova, 2020) фиксируют формирование «двойной реальности», где цифровые симулякры начинают доминировать над традиционными формами социального опыта.

Нельзя не отметить и появление инфо­сферного парадокса — создаваемая нейросетями информационная экосистема, вопреки декларируемой инклюзивности, воспроизводит новые формы социальной стратификации. Если ранние концепции цифрового неравенства фокусировались на доступе к технологиям, то в эпоху искусственного интеллекта критичным становится доступ к метазнанию — способности идентифицировать, анализировать и нивелировать скрытое воздействие алгоритмов. Это ставит под вопрос устойчивость традиционных демократических институтов, где принятие решений все чаще опосредовано системами, чьи критерии остаются неподконтрольными общественному дискурсу (Dragu, Lupu, 2021).

Кроме того, создание специализированных ИИ-систем для управления общественными процессами открывает путь к реализации утопических/дистопических моделей социума. В качестве примера мы можем привести попытку формирования модели синтетической демократии на основе алгоритмической политики. Основанная в 2022 г. датская «Синтетическая партия» нагляд­но демонстрирует новый формат политического участия, где программа партии сгенерирована нейросетью на основе анализа 230 маргинальных политических программ за 1970–2022 гг. Лидером партии является антропоморфизированный ИИ, позиционируемый как «платформа сопротивления», а декларируемые партией цели сочетают популистскую риторику («власть народу») с техноутопическими лозунгами («поиск смысла жизни через алгоритмы») (Володенков, 2024). Данный кейс отражает тренд на дегуманизацию политики, в рамках которого электоральные стратегии строятся на big data (больших данных) — анализе цифровых следов маргинальных групп, поли­тический дискурс заменяется алгоритми­ческим популизмом. Речь идет о наборе абстрактных тезисов, максимизирующих эмоциональный отклик, а легитим­ность власти переопределяется через призму «цифрового представительства», исключающего человеческое агентство. Такие практики создают прецедент «виртуализации демократии», когда алгоритмы подменяют традиционные механизмы репрезентации общественных интересов. По сути, феномен «Синтетической партии» — не аномалия, а прототип политики 4.0, где ценностно-смысловое содержание политической деятельности становится продуктом машинного обучения.

Подобные ИИ-структуры не ограничиваются локальными контекстами. Их воспроизводство в глобальном масштабе может привести к девальвации института выборов как инструмента народо­властия, формированию синтетического электората — пользователей, чьи предпочтения формируются предиктивными моделями искусственного интеллекта, а также к кризису национального суверенитета в условиях конкуренции с транснациональными ИИ-акторами. Отсутствие своевременной экспертной рефлексии о последствиях их внедрения создает риск подмены естественных социально-поли­тических процессов алгоритмически сконстру­ированными суррогатами. Особую опасность при этом, по нашему мнению, также представляют не только синтетические ИИ-партии, подмена реальной публичной политики алгоритмической оптимизацией традиционных «органических» ценностно-смысловых и мировоззренческих конструкций, их замена на «синтетические» аналоги, но и возможнос­ти формирования алгократических режимов (Aneesh, 2006; Abiteboul, Dowek, 2020). В этом случае принятие ключевых управленческих решений делегируются непрозрачным нейросетевым системам, что в перспективе ведет к автоматизации социального контроля и управления обществом в целом посредством ценностно-смыслового, идеологического и мировоззренческого перепрограммирования массового сознания.

 

Влияние нейросетевых технологий на трансформацию ценностно-смысловых пространств

Эмпирические данные подтверждают, что нейросетевые алгоритмы становятся ключевыми драйверами трансформации глобального информационно-коммуникационного ландшафта. Сегодня цифровые платформы, активно использующие нейросетевые алгоритмы в своей деятельности, выступают не только основным, но зачастую эксклюзивным источником формирования индивидуального опыта, напрямую воздействуя на ценностные ориентиры и восприятие социально-политических процессов. Как отмечается в ряде исследований (Иоселиани, 2019), формируемая искусственным интеллектом «инфосфера» порождает альтернативную модель бытия, где традиционные мировоззренческие конструкции замещаются динамичными цифровыми нарративами, в результате чего нейросетевая колонизация инфосферы провоцирует системную трансформацию ценностно-смысловых и мировоззренческих парадигм. При этом цифровые платформы, редуцируя сложные мировоззренческие концепты до клиповых форматов, провоцируют семиотическую инверсию — замещение рационального дискурса эмоционально заряженными медиаобразами.

Контроль над цифровыми каналами позволяет не только управлять информационными потоками, но и конструировать социальную реальность. По меткому замечанию М. Кастельса, «сетевые инфраструктуры превращаются в механизм трансляции интересов в поведенческие императивы, определяя базовые принципы коллективного действия» (Кастельс, 2004: 193). В этом контексте платформенные алгоритмы, осуществляя кросскультурное влияние, пре­одо­левая языковые и территориальные барь­е­­ры, выступают современными смысловыми драйверами. Цифровые экосистемы, в свою очередь, формируют онтологические рамки восприятия мира, а скорость распространения контента определяет иерархию значимости событий и идей.

Как мы уже отметили, в указанных процессах все большую роль играют нейросетевые алгоритмы, что приводит к появлению ряда новых эффектов, к числу ключевых из которых мы относим возможности информационно-коммуникационного микротаргетирования. Так, алгоритмизированный анализ больших данных позволяет успешно осуществлять эффективное микротаргетирование мировоззренческих установок (Зубофф, 2022). Технологии предиктивной аналитики трансформируют политику из сферы коллективного в область атомизированного взаимодействия «государство—индивид».

Таким образом, нейросетевые технологии трансформируют принципы социального управления, заменяя групповое таргетирование гиперперсонализацией. Анализ «цифровых следов» позволяет алгоритмам создавать индивидуальные поведенческие профили, прогнозировать персональные риски и предпочтения, конструировать адресные управленческие воздействия («микрополитики»). Одновременно формируется новая форма зависимости — «цифровой сервитут», когда пользователь становится лишь ресурсом для извлечения поведенческих данных.

При этом современные самообучаемые нейросети эволюционируют в направлении полной автономии, что позволяет осуществлять саморепликацию задач (возможность привлекать других ИИ-агентов без человеческого вмешательства), кроссплатформенную пропаганду (синхронизацию нарративов в социальных сетях, медиа и мессенджерах) и адаптивную манипуляцию (использование обратной связи от пользователей для оптимизации убеждения). Данные возможности в своей совокупности создают условия для возникновения алгоритмической идеократии — системы, где власть над сознанием принадлежит самоорганизующимся нейросетевым кластерам. Помимо этого, по нашему мнению, возникает соответству­ющий эпистемологический риск, связанный с кризисом онтологической определенности. Стирание границ между антропогенным и машинным контентом ведет к девальвации авторитета и утрате доверия к традиционным источникам знаний, к традиционным смысловым интерпретациям в пользу алгоритмически продвигаемых версий реальности, формированию синтетической реальности — мира, где факты существуют как вероятностные конструкты, а также идео­логическому релятивизму — невозможности отличить доктрину от алгоритмически сгенерированного симулякра. Это обстоя­тельство способствует появлению условий для масштабирования «синтетических идеологий» и синтетических систем мировоззрения, адаптирующихся под специфические особенности целевых аудиторий при информационно-коммуникационном взаимо­действии в цифровом пространстве.

Еще одним важным измерением нейросетевых технологий является геополитическое. Развитие нейросетевых систем создает прецедент для целевого ценностно-смыс­ло­вого и мировоззренческого редизайна государств, не способных противостоять алгоритмическому влиянию в национальных сегментах цифрового пространства. По сути, мы можем говорить о зарождении своего рода алгоритмической геополитики, в рамках которой посредством анализа больших данных и микротаргетирования алгоритмы способны формировать информационную повестку, внедрять конф­ликтогенные нарративы, провоцирующие институциональную эрозию, генерировать протестные симулякры — искусственно ампли­фицированные образы социального недовольства. Кроме того, они могут реализовывать сценарии управляемого хаоса через девальвацию национальных ценностно-смысловых и мировоззренческих кодов, их подмену глобальными медианарративами. Подобные практики трансформируют геополитическое противостояние в войну за метаверсальное сознание, где ключевым ресурсом становится контроль над цифровыми пространствами при помощи «умных» технологий.

 

Цифровой деконструкционизм и генезис идеологической эклектики

Традиционное понимание идеологии как системы «иллюзорного сознания» (Маркс, Энгельс, 1955) приобретает новое измерение в контексте нейросетевых технологий. Если классические идеологемы создавались элитами, то в цифровой экосистеме их генерация делегируется искусственному интеллекту, что приводит к дематериализации идеологии — переходу от устойчивых доктрин к динамичным алгоритмическим шаблонам, возникновению кликстрим-док­трин — идеологических конструктов, адаптирующихся под поведенческие паттерны пользователей в реальном времени, а также к формированию нейромифологий — синтетических ценностных систем, замещающих рациональную критику эмоциональным резонансом. Как отмечает ряд исследователей, цифровая среда с ее акцентом на визуальность и алгоритмическую упрощенность провоцирует метаморфозу идеологических систем (Sevignani, 2022; Neuberger, Bartsch, Fröhlich, Hanitzsch et al., 2023). Традиционные парадигмы, адаптируясь к логике «скроллингового восприя­тия», все в большей мере подвергаются семиотической редукции.

Цифровой идеологический синтез переопределяет базовые принципы идеологического производства: деконтекстуализацию (отрыв идеологем от историко-культурной почвы), клиповую фрагментацию (потреб­ление идеологем через короткие видео, цитаты, мемы), алгоритмическое кураторство и гиперперсонализацию (созда­ние индивидуальных «идеологических микстейпов» на основе индивидуальных «цифровых следов»), геймификацию убеждений (подмену ценностей механиками цифрового вознаграждения). Кроме того, цифровое пространство порождает гибридные идентичности, позволяя индивидам одновременно становиться приверженцами противоречащих друг другу доктрин. В результате идео­логические конструкты превращаются в интерактивные коллажи, где анархизм соседствует с русофобией, а либертарианство — с экоактивизмом, создавая иллюзию идеологического плюрализма.

В условиях активного развития механизмов замещения сложных доктринальных систем медиатизированными симуляк­рами, формируемыми через визуальные нарративы и меметические паттерны, алгоритмы создают идеологическую эклектику, которая служит, на наш взгляд, маркером кризиса антропоцентричного политического сознания. Не случайно уже сегодня мы можем наблюдать кризис идеологических метанарративов в цифровой среде, появление феномена семиотического распада классических политических идеологий под влиянием цифровых технологий, а также девальвацию классических идеологий через их цифровую редукцию.

В целом в эпоху стремительной эволюции нейросетевых алгоритмов мы можем говорить о появлении такого феномена, как мировоззренческий редукционизм, который связан с упрощением реальности до бинарных паттернов, удобных для машинной обработки, сужением эпистемического горизонта и замещением многомерной картины мира алгоритмическими стереотипами, формированием цифрового фатализма, программирующего восприя­тие действительности как враждебной и неподконтрольной человеческому разуму, а также с кристаллизацией искусственного агностицизма, где сомнение в возможнос­тях познания оправдывает переход к слепому доверию ИИ-системам.

Формирующаяся постдоктринальная реальность сопровождается распадом классического идеологического ландшафта и приводит к возникновению постидеологического синдрома. Речь идет о состоянии, при котором референции к «старым» идеологиям служат лишь декорацией для цифрового перформанса.

В подобных условиях вполне возможным становится сценарий глобализации «постдоктринальной политики» в условиях доминирования стратегии Data-Driven («управляемых данных»), а также возникает вероятность сценарной бифуркации между ресакрализацией и распадом, т.к. появление сильного искусственного интеллекта способно спровоцировать два противоположных вектора развития:

— неоархаизацию, т.е. возврат к традиционным духовным практикам как ответ на техногенные угрозы;

— постсоциальный коллапс, т.е. разрушение антропологических устоев через внедрение искусственных иерархий (например, разделение на «биологических» и «кибернетических» граждан).

 

Выводы

Алгоритмы самообучающихся нейросетевых алгоритмов выступают катализатором глубинной трансформации традиционных ценностно-смысловых, мировоззренческих и идеологических парадигм. Механизмы этого влияния реализуются через алгоритмическое регулирование информационных потоков (фильтрацию контента, алгоритмическое ранжирование и создание «эхо-камер», ограничивающих доступ к плюралистичным точкам зрения), эмоционально-аффективное воздействие (использование персонализированных нар­ративов, эксплуатирующих когнитивные искажения и формирующих устойчивые ассоциативные связи), дискурсивное доминирование (продвижение заданных идеологем через навязывание повестки дня и маргинализацию альтернативных позиций), что приводит к синтезу традиционных мировоззренческих элементов с навязанными шаблонами.

Проведенный анализ позволяет утверждать, что нейросетевые актанты все в большей степени становятся архитекторами новой социокультурной реальности, где виртуальные пространства переопределяют традиционные коммуникативные практики. Внедрение алгоритмически сконструированных ценностных моделей приводит к фундаментальным трансформациям, к основным из которых мы можем отнести переформатирование мировоззренческих координат (система ценностей индивида эволюционирует под влиянием цифровых симулякров, замещающих традиционные ориентиры) и дихотомию последствий (экспоненциальный рост информационных потоков создает риски глобальной дестабилизации, но одновременно открывает возможности для ревизии антропоцентричных парадигм).

Уже сегодня мы можем наблюдать гиб­ри­ди­зацию идентичностей, характеризуемую синтезом локальных ценностей с глобальными цифровыми шаблонами, а также эрозию ин­ституционального доверия, приводящую к смещению авторитета от национальных структур к алгоритмическим платформам. В свою очередь, современные идеологии существуют сегодня, по нашему мнению, в режиме цифрового палимпсеста — наслоения медиаобразов, не имеющих доктринального ядра.

Исследование позволило выявить целый комплекс рисков, связанных с интеграцией нейросетевых алгоритмов в общественно-политические коммуникации. Эпистемологическая гегемония нейросетевых алгоритмов предлагает сценарий, в рамках которого нейросети становятся первичным источником формирования индивидуального и коллективного опыта, пере­определяя ценностно-смысловые ориентиры и представления о социальной реальности. Возможным сценарием технологического развития становится персонализированный цифровой детерминизм, в рамках которого синергия больших данных и искусственного интеллекта открывает возможности для создания гиперперсонализированных управленческих моделей. Кроме того, делегирование ценностно-смыслового и идеологического влияния алгоритмическим платформам создает условия для эрозии национальных культурных кодов и возникновения цифрового фатализма — восприятия машинных решений как неизбежной нормы.

 

Библиография

Володенков С.В. Нейросетевые алгоритмы в актуальных процессах трансформации традиционных мировоззренческих и идеологических систем // Контуры глобальных трансформаций: политика, экономика, право. 2024. Т. 17. № 2. С. 6–30. DOI: 10.31249/kgt/2024.02.01

Зубофф Ш. Эпоха надзорного капитализма: битва за человеческое будущее на новых рубежах власти. М.: Изд-во Ин-та Гайдара, 2022.

Иоселиани А.Д. «Искусственный интеллект» vs человеческий разум // Манускрипт. 2019. Т. 12. № 4. С. 102–107. DOI: 1030853/manuscript2019421

Кастельс М. Галактика Интернет: размышления об Интернете, бизнесе и обществе. Екатеринбург: У-Фактория, 2004.

Маркс К., Энгельс Ф. Немецкая идеология // Маркс К., Энгельс Ф. Соч.: в 39 т. Т. 1. 2-е изд. М.: Политиздат, 1955. С. 31–34.

 

Abiteboul S., Dowek G. (2020) The Age of Algorithms. Cambridge: Cambridge Univ. Press.

Aneesh A. (2006) Virtual Migration: The Programming of Globalizationю Durham, NC; London: Duke Univ. Press. DOI: 102307/jctv125jms5

Dragu T., Lupu Y. (2021) Digital Authoritarianism and the Future of Human Rights. International Organization 75 (4): 991–1017. DOI: 10.1017/S0020818320000624

Guryanova A.V., Smotrova I.V. (2020) Transformation of Worldview Orientations in the Digital Era: Humanism vs Anti-, Post-and Trans-Humanism. In: Lecture Notes in Networks and Systems. Vol. 84. Cham: Springer, pp. 47–53. DOI: 101007/978-3-030-27015-5_6

Neuberger Ch., Bartsch F., Fröhlich R., Hanitzsch T. et al. (2023) The Digital Transformation of Knowledge Order: A Model for the Analysis of the Epistemic Crisis. Annals of the International Communication Association 47 (2): 180–201. DOI: 10.1080/23808985.2023.2169950

Sevignani S. (2022) Digital Transformations and the Ideological Formation of the Public Sphere: Hegemonic, Populist, or Popular Communication? Theory, Culture & Society 39 (4): 91–109. DOI: 101177/02632764221103516

Дата поступления в редакцию: 14.07.2025
Дата публикации: 20.08.2025